Гимны света · Зохре Имани

Глава 8: Вечный свет

Прошли годы. Азукая снова зелёная, по её равнинам течёт река. Лиам, теперь седой старик, живёт у храма, построенного в память о Кате.

Зелёная Азукая, Азукая

Зелёная Азукая

Азукая · Показать на карте

Солнечный свет, уже много лет льющийся на равнины Азукаи, мягко пробивается сквозь ветви сосен и ложится на землю. Прохладный ветерок, несущий аромат свежей травы, веет над этой возрождённой землёй.

Нет больше ни смертоносных туманов, ни зловещего шёпота. Азукая снова дышит; но это дыхание — память о мужестве тех, кто сражался за неё.

Храм Кати, Храм Кати · Азукая

Храм Кати

Храм Кати · Азукая · Показать на карте

Среди этих зелёных равнин, на вершине холма над чистой, молодой рекой, стоит храм из белого камня. Его стены вырезаны с любовью и тщанием, и в каждом уголке хранится рассказ о прошлом. Стены украшены тонкой резьбой: золотые колосья и языки света; а в центре храма стоит статуя женщины в длинном плаще, поднявшей руки к небу. Её лицо сочетает покой и решимость, а в руках у неё два изумруда — символ тех изумрудов, что когда-то вернули этой земле свет.

Лиам, теперь седой, с лицом, изрезанным морщинами времени, стоит перед этой статуей. Его руки, когда-то с силой вращавшие кинжал против тьмы, теперь спокойно и чуть дрожа опираются на деревянный посох. Глаза, в которых всё ещё горит отвага, устремлены на статую. Ветер играет его волосами, но он неподвижен, будто ведёт безмолвный разговор с той, кого здесь больше нет.

У подножия статуи стоит маленький стеклянный ковчежец, а в нём остатки пепла, полуобгоревшие страницы древней книги и осколки изумрудов — последние памятки о Кате, которые Лиам бережно и почтительно хранит в этом храме.

Издалека слышатся лёгкие шаги. Подросток в простой одежде, с любопытными глазами, поднимается на холм. В руках у него корзина свежего хлеба, и запах разносится в воздухе. Он почтительно подходит, кланяется и говорит: — Мастер Лиам, бабушка велела принести вам этот хлеб. Она всегда говорит, что если бы не вы, эти равнины никогда бы снова не зазеленели. Лиам едва заметно улыбается: — Твоя бабушка слишком добра. Эта земля ожила благодаря многим… не только мне.

Мальчик на миг смотрит на статую: — Она правда была такой, как в сказках? Катя, я имею в виду. Говорят, она своими руками вернула свет в Азукаю. Лиам ненадолго замолкает и смотрит на пепел в ковчежце. В памяти оживают воспоминания о том страшном и в то же время величественном дне. Чуть дрожащим, но уверенным голосом он говорит: — Да… она была больше, чем могут рассказать сказки. Она заставила сердце этой земли снова биться.

Храм Кати
«Они до сих пор поют для тебя, Катя.»
Мост трёх земель, Мост трёх земель · Азукая

Мост трёх земель

Мост трёх земель · Азукая · Показать на карте

Снова веет ветер, и в воздухе разносится звон маленького колокольчика, висящего над храмом. Лиам глубоко вздыхает и смотрит на горизонт. Азукая теперь полна жизни; но он знает, что за этот покой заплачена тяжёлая цена.

Солнце поднялось в зенит, и его свет, больше не чужой для народа Азукаи, сиял над зелёными равнинами и реками, бегущими с холмов. Неподалёку от храма Кати слышался стук молотков и визг пил маленькой мастерской. Люди в простой, но яркой одежде строили деревянный мост, который должен был соединить два берега реки; мост, сближавший не только землю, но и сердца.

Лиам с тем же деревянным посохом, ставшим частью его самого, спустился с холма и направился к мастерской. Рядом с работниками из Азукаи были несколько человек в длинных зелёных одеждах из Шориды и несколько в бело-красных плащах из Эльдоры. Эти три земли, когда-то разделённые невидимыми стенами, теперь шли рука об руку.

Один из эльдорских работников, крепкий мужчина с короткой седой бородой, увидел Лиама и отложил инструмент. С тёплой улыбкой он подошёл: — Мастер Лиам, не думал увидеть вас здесь сегодня. Вашими стараниями строится ещё один мост. Лиам едва заметно улыбнулся и поблагодарил его.

«Мастер Лиам, не думал увидеть вас сегодня. Строим ещё один мост.»
Шорида поверила в Азукаю, Мост трёх земель · Азукая

Шорида поверила в Азукаю

Мост трёх земель · Азукая · Показать на карте

С того дня было построено много мостов — не только из дерева и камня, но и из доверия и дружбы. Теперь работники из Шориды, мастера плести крепкие верёвки, и эльдорцы, умевшие вытёсывать опоры мостов, трудились бок о бок с народом Азукаи. Это единство было тем, за что Лиам боролся долгие годы.

Лиам вспомнил то путешествие. Ноги его уже не годились для битв, но язык ещё был силён. Он отправился в Шориду, к людям, которые когда-то называли Азукаю проклятой землёй. Рассказами о мужестве Кати и о новой надежде, проросшей на этой земле, он убедил их протянуть Азукае руку дружбы. Теперь шоридцы не только помогали строить мосты, но и привезли в Азукаю свои семена пшеницы и целебные травы, чтобы здешняя земля снова стала плодородной.

Над Азукаей опустилась ночь, но эта тьма уже не была той смертоносной чернотой давних лет. Звёзды, теперь свободно сиявшие в небе, проливали свет на реки, текущие в сердце этой земли, как жилы жизни. У реки горел небольшой костёр, и дым с запахом горящего дерева вился в воздухе. Вокруг огня собрались люди трёх земель, и их смех и тихие разговоры разносились в ночи, как спокойная, ласковая песня.

Лиам сидел чуть поодаль на камне и смотрел на людей, которые когда-то даже не знали имён друг друга. Теперь эльдорец в бело-красном плаще сидел рядом с шоридцем в зелёном, и оба слушали азукайца, с жаром рассказывавшего о своём урожае пшеницы. Он вспомнил дни, когда трудился ради этого мгновения: свои долгие поездки в Эльдору и Шориду, ночи у костра в беседах со старейшинами. Но дело было не только в словах; дело было в поступках, в руках, которые теперь работали вместе.

Шорида поверила в Азукаю
Письмо из Лотарии, Храм Кати · Азукая

Письмо из Лотарии

Храм Кати · Азукая · Показать на карте

Он медленно поднялся и пошёл к храму. За спиной пылал костёр и звучали голоса, но ему нужна была тишина храма. Когда он вошёл, лунный свет лился из окон и окутывал статую Кати. Лиам посмотрел на пепел и сказал: — Они всё ещё поют для тебя, Катя. Этот мир — твой голос, который ты сохранила живым в их сердцах. Лунный свет упал на пепел, и на миг в нём ожило слабое сияние. Лиам затаил дыхание, но ничего не сказал; просто стоял и смотрел на это мгновение, говорившее, что эта земля, эти люди и этот мир всё ещё принадлежат ему и Кате.

Над Азукаей тихо взошло утро. Над равнинами раскинулось прозрачное голубое небо, и маленькие птицы наполняли мягкую утреннюю тишину пением. Храм Кати сиял в золотом солнечном свете. Лиам медленно вышел из храма и сел на каменную скамью. В руке у него была старая тряпица, которой он чистил свой старый кинжал — тот самый, что много лет назад вонзил в сердце тьмы и что теперь был лишь памятью о тех днях. Пальцы, изрезанные морщинами старости, бережно скользили по ржавому клинку, будто так он сохранял живыми воспоминания, которые не хотел терять.

Издалека донёсся стук копыт по грунтовой дороге. К холму скакал одинокий всадник в белом плаще, на котором был вышит знак Эльдоры — золотое солнце. Всадник, молодой человек с серьёзным лицом и почтительным взглядом, ловко спешился и с уважительной улыбкой сказал: — Мастер Лиам, доброе утро. У меня для вас весть из Лотарии, столицы Эльдоры. Лиам положил кинжал на скамью: — Доброе утро, сынок. Как тебя зовут? — Меня зовут Таро, мастер. Он отвязал от пояса свиток: — Это письмо от старейшин Лотарии. Велено передать его вам в руки.

Лиам взял свиток и развязал шнурок. Внутри было письмо на белой бумаге с сургучной печатью в форме солнца. Строки были выведены чёрными чернилами красивым почерком: «Лиам, герой трёх земель, приветствуем тебя. Благодарим тебя за годы самоотверженности. Мы в Лотарии, столице Эльдоры, приглашаем тебя на ежегодный весенний праздник — праздник света и жизни, в котором навеки живут твоё имя и имя Кати. Ждём твоего тёплого присутствия, чтобы вместе почтить память о прошлом».

Лиам медленно свернул письмо: — Весенний праздник, значит? Это больше, чем я заслуживаю. Таро улыбнулся: — Старейшины сказали, что вы всегда так говорите, и всегда отвечают, что если бы вы тогда не спасли Азукаю, мы до сих пор жили бы в тени страха. А теперь наши дети растут на ваших историях. — Поблагодари своих старейшин, — сказал Лиам. — Может, пора мне снова увидеть Лотарию. Таро склонил голову: — Непременно, мастер. Праздник начнётся через несколько дней. Надеются, что вы будете там. Затем он вскочил на коня и умчался так же быстро, как приехал.

Где читать и купить книгу