Гимны света · Зохре Имани
Глава 1: Шёпот тьмы
Холодная ночь в Лотарии. Катя слышит то, чего не слышит никто: напев со стороны тумана. Идан, старый советник семьи, знает, что это значит.

Шёпот на Белой башне
Белая башня · Эльдора · Показать на картеНад Лотарией легла глубокая ночь. Катя стояла на вершине Белой башни, а внизу, словно белый бесконечный холст, лежал снег. Она смотрела вдаль, туда, где начинались границы Азукаи.
Пока она вглядывалась в горизонт, из глубины гор к ней потянулся холодный ночной ветер, и в нём было что-то зловещее. Он, как далёкий шёпот, закрутился у неё в ушах и в мыслях. Сначала Катя решила, что это просто ветер. Но через мгновение звук изменился, будто поднялся из глубины тьмы и добрался до неё: смутный шёпот, полный таинственной печали.
Она затаила дыхание и прислушалась. Звук был так слаб, что его едва можно было расслышать, но он разбудил в ней чувство незнакомое и тёмное, которого она никогда прежде не испытывала. Казалось, что-то или кто-то зовёт её к тем туманным границам.
В памяти тихо ожили сказки, которые она слышала от бабушки холодными зимними вечерами у камина. Бабушка, с глазами, полными знания и тайны, рассказывала об Азукае: о земле, когда-то полной жизни и светлых гимнов, которая погрузилась в туман и черноту от тёмных, смертоносных напевов Дринмора.

Ночной холод лёг ей на руки и щёки, но она его не замечала. Её охватило любопытство, смешанное со страхом, и оно, как невидимая верёвка, обвило её сердце. Она вспомнила бабушкино предостережение: «Однажды напевы тьмы зазвучат снова и принесут с собой чёрную, туманную, бесконечную зиму».
Она провела рукой по каменному краю башни. Башня видела тысячи зим и лет, восходов и закатов, а теперь казалась ей ненадёжным, забытым убежищем. Всё было знакомым, и всё же на всём лежала тень чуждости и тайны.
«Однажды напевы тьмы зазвучат вновь и принесут с собой чёрную, туманную, бесконечную зиму.»

Предостережение Идана
Белая башня · Эльдора · Показать на картеВдруг за спиной раздался звук, и Катя очнулась. По каменным плитам башни зазвучали тяжёлые размеренные шаги. Она медленно обернулась и увидела встревоженное лицо Идана, старого и мудрого советника семьи. Его тёплое дыхание паром таяло в ночном холоде.
— Эта проклятая тишина! Этот лютый холод! — сказал Идан. — Мне кажется, что-то смотрит на нас из глубины тьмы. Он подошёл ближе. Холодный ветер трепал его длинный плащ, чёрно-седая борода дрожала на ветру. Голос его был спокоен, но в нём пряталась тревога: — Катя! Я за тебя беспокоюсь, милая.
Катя какое-то время молчала. Слышно было только их дыхание и ветер. Потом она тихо заговорила, будто вытягивала слова из самой глубины души: — Я… я слышала голоса, Идан. Далёкий, смутный шёпот из гор Азукаи и ещё дальше. Как те напевы, о которых бабушка всегда говорила с ужасом. Не песня и не крик… что-то странное, как зловещее заклятие, которое тянет меня к себе. Туда, куда я не хочу идти, но… не могу сопротивляться.
Идан стоял неподвижно и только слушал, но тут взгляд его дрогнул, и он хрипло спросил: — Напев?! Ты сказала «напев»? Со стороны Азукаи! Не зря у меня было тяжело на сердце. Годами я молился, чтобы этот миг не настал и напевы тьмы никогда не зазвучали в Лотарии. Катя, когда начинаются напевы, значит, тьма нашла к нам дорогу…
Катя перебила его: — Тьма! Но почему она зовёт меня? Почему меня? Почему сейчас? Идан помолчал и ответил тяжело: — Катя, не ошибись! То, что ты слышала, — не приглашение. Напевы тьмы слышат только те, чья судьба с ней связана. Не напевы тянут тебя к себе. Это свет внутри тебя, сам того не зная, рвётся навстречу опасности. Теперь выбор за тобой: ответить на напевы или остаться равнодушной.
«Напевы тьмы слышат лишь те, чья судьба с ней связана.»

Решение Кати
Белая башня · Эльдора · Показать на картеВ душе Кати сомнение смешалось с уверенностью, и шёпот обрёл для неё иной смысл. Дрожащим, но твёрдым голосом она сказала: — Идан, я не могу позволить этой тьме дойти и сюда, чтобы Лотарию постигла судьба Азукаи. Я не могу остаться равнодушной. Я решила. Я пойду на зов напевов.
Идан смотрел вдаль, будто взвешивал, насколько глубоко её решение. На его губах появилась слабая улыбка, полная печали и гордости: — Ты ведь понимаешь, что в этом пути ты одна? Мы ничего не знаем о нынешней Азукае. С тех пор как пришли чернота и туман, никто больше не осмелился ступить на ту землю. И эти напевы вполне могут быть началом новой беды из Дринмора.
Катя молчала. Она и правда не знала, что ждёт её в этом пути, но чувствовала, что должна найти ответ на этот шёпот: правду, которую, быть может, способна постичь только она.
«Я не могу остаться в стороне. Я решила. Я пойду навстречу напевам.»